Экс-командующий армией США в Европе Бен Ходжес призвал Запад перестать смотреть на конфликты по отдельности. Война против Ирана, вторжение России в Украину, северокорейские солдаты на стороне Москвы и угрозы Пекина — это фрагменты одного противостояния, и пока Запад не признает, что Россия уже воюет с ним, он будет проигрывать по частям.
Как передает "Хвиля", об этом Бен Ходжес заявил в беседе с польским геополитическим аналитиком Яцеком Бартощяком, перевод которой публикует издание.
"Войну против Ирана, войну России против Украины, участие Северной Кореи на стороне России и угрозы Китая следует рассматривать как части одной большой борьбы. Чем раньше мы поймем, что Россия воюет с нами, тем быстрее сможем помочь Украине победить. Это изолировало бы Иран и стало бы мощным сигналом сдерживания для Китая. Как говорил Черчилль — сначала победить нацистскую Германию", — заявил Ходжес.
Логику генерал раскладывает просто: Иран держится на поддержке России, Россия получает поддержку Ирана, а Пхеньян уже отправил через Кремль порядка 25 тысяч военных и, по данным украинской разведки, готовится добавить еще до 50 тысяч после сентябрьской встречи Путина и Ким Чен Ына. Разорвать эту связку можно только в одном месте — ударив по Москве как по ключевому узлу. Показательно, что американская разведка мыслит похоже: по данным The Wall Street Journal и Washington Post, директор ЦРУ Джон Рэтклифф 25 августа тайно летал в Москву, потому что Кремль счел США истощенными войной с Ираном, и одновременно уговаривал Россию перестать помогать Тегерану.
Отсюда и отсылка к Черчиллю, который в 1941-м требовал сначала разбить нацистскую Германию, а уже потом заниматься остальными фронтами. Победа Украины, по Ходжесу, автоматически изолирует Иран и станет самым внятным сигналом сдерживания для Китая, тогда как нынешний курс Вашингтона он называет катастрофой для американской стратегии без простого выхода. Для этого Европе не нужно огромное американское присутствие — нужно закрепить победу Украины и вытеснение России, включая Крым, как цель государственной политики, а не как торг ради лучшей позиции Киева на переговорах.
