Пока последние танкеры с ближневосточным топливом разгружаются в европейских портах, лидеры континента начинают осознавать масштаб надвигающегося удара. Война в Иране заблокировала Ормузский пролив — через него проходит 20% всей нефти и газа в мире — и поставила Европу перед угрозой энергетического шока, который грозит парализовать промышленность, обрушить авиасообщение, взвинтить цены на продовольствие, поднять стоимость кредитов и вернуть инфляцию на кризисные уровни.
"Хвиля" пишет, что об этом говорится в материале Politico.
"Я живу с реальностью этой войны и её последствиями 24 часа в сутки", — заявил итальянский министр обороны Гвидо Крозетто изданию La Repubblica. "Я вынужден знать вещи, которые не дают мне спать".
Конфликт может продолжаться "годами", предупредила президент Европейского центрального банка Кристин Лагард в интервью журналу The Economist. Долгосрочные последствия, добавила она, "вероятно, за пределами того, что мы можем себе представить на данный момент".
Если война затянется, она ляжет на европейскую экономику бременем, "таким же тяжёлым, какое мы недавно испытали во время пандемии COVID или в начале войны на Украине", заявил журналистам в понедельник канцлер Германии Фридрих Мерц.
Вашингтон помогать не намерен. В ответ на перебои с топливом президент США Дональд Трамп написал в Truth Social: "Вам придётся начать учиться сражаться за себя. Самое трудное сделано. Идите и добывайте свою собственную нефть!".
Не только бензин
Нефть и газ — это не только транспорт и отопление. Они пронизывают всю промышленную цепочку поставок: производство продуктов питания, пластика, химикатов, удобрений. В зоне риска оказался даже гелий, необходимый для производства микрочипов.
Пока что ущерб для европейских потребителей ограничивается преимущественно ростом цен на заправках — и удорожанием PlayStation, которое Sony объяснила "давлением в глобальном экономическом ландшафте". Но аналитики предупреждают: передышка закончится в ближайшие недели.
Чего не хватит
Нынешний кризис принципиально отличается от предыдущих — нефтяного шока после эмбарго ОПЕК в 1973 году и газового шока после вторжения России в Украину в 2022 году. Тогда удар приходился на один вид топлива. Сейчас — на все сразу: сырую нефть, природный газ, дизель, авиационное топливо.
"Рынки столкнулись со сценарием, который давно обсуждался в теории, но редко воспринимался как реальная возможность — фактическое закрытие важнейшей энергетической артерии мира", — заявила Ана Мария Халлер-Макаревич, ведущий энергетический аналитик Института экономики и финансового анализа в сфере энергетики. Если кризисы 1970-х выбивали из оборота 7% мировых поставок, то закрытие Ормузского пролива затрагивает 20%.
Поначалу европейские чиновники рассчитывали, что ЕС отделается лёгким испугом — блок закупал в Персидском заливе лишь 6% сырой нефти и менее 10% природного газа. Главной угрозой виделся рост цен, а не физическая нехватка топлива. Однако на пятой неделе войны эти расчёты рушатся.
Азиатские страны, прежде получавшие из Залива до 80% своих нефти и газа, вступили в яростную конкуренцию за скудеющие поставки — и начали переманивать танкеры, предлагая более высокие цены. По данным Чарльза Костерусса, старшего аналитика морской консалтинговой компании Kpler, за последние дни 11 СПГ-танкеров перенаправлены из Европы на восток. В ближайшие дни в Европу прибудет последний танкер с катарским СПГ.
"Это не так, что у нас есть буфер. Это не так, что у нас есть какая-то страховка там", — подчёркивает Халлер-Макаревич. Европа начнёт ощущать боль "в наступающем месяце" — возможно, уже через несколько недель.
Особую тревогу вызывают нефтепродукты: ЕС закупает в регионе более 40% дизельного топлива и авиационного керосина. "Если пролив останется закрытым, альтернативных вариантов практически нет", — констатирует Хомаюн Фалакшахи, нефтяной аналитик ICIS. Если закрытие "продлится дольше, мы увидим более высокие цены — и это обернётся более серьёзным экономическим кризисом".
Авиация под ударом
С момента начала войны цены на авиационный керосин в Европе более чем удвоились — до рекордных значений выше $1700 за метрическую тонну.
"Это двойной удар — и по нефтеперерабатывающим мощностям, и по добыче сырой нефти. Авиационная отрасль никак не может поглотить такой рост, поэтому цены вырастут", — заявил Вилли Уолш, генеральный директор авиационного лобби IATA.
По сообщениям немецких СМИ, Lufthansa Group обсуждает временное прекращение эксплуатации от 20 до 40 самолётов из-за кризиса с авиационным топливом. Это сократит провозные мощности группы на 2,5-5%. Часть туристов останется дома, часть эмигрантов пропустит семейные торжества.
"То, что происходит на восточных рынках — это своего рода предварительный просмотр того, что потенциально произойдёт на европейских рынках", — предупредил Джордж Шоу, старший нефтяной аналитик Kpler.
Промышленность трещит
Последствия уже ощущаются в европейской промышленности. Особенно пострадал химический сектор — то, что председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен назвала "отраслью отраслей".
"Рост затрат, который мы испытываем, — из-за перебоев в логистике, скачка цен на сырьё и устойчивого роста цен на энергоносители, — существенен и должен найти отражение в наших ценах", — заявил представитель немецкого химического гиганта Covestro.
"Ценовая волатильность в энергетике сейчас является одним из крупнейших рисков для промышленных инвестиций в Европе. Без стабильных и конкурентоспособных цен на электроэнергию инвестиционные решения — в том числе в низкоуглеродную сталь — становится всё труднее обосновать в Европе", — предупредил Адольфо Айелло, заместитель генерального директора Eurofer, лобби европейских сталелитейщиков.
Производители удобрений оказались в особенно уязвимом положении. "Нынешние события лишь усиливают давление на стоимость азотных удобрений, где энергия составляет примерно 60-80% операционных расходов", — заявил Лукаш Пастерский из лобби Fertilizers Europe.
Призрак стагфляции
Рост цен в сельском хозяйстве, на транспорте и в производстве одновременно ударит по бизнесу и вынудит его перекладывать издержки на потребителей. Именно здесь кроется угроза возвращения инфляции — едва через 18 месяцев после того, как центральные банкиры объявили о победе над ценовым давлением, вызванным предыдущим энергетическим шоком.
Как предупредил министров еврозоны комиссар ЕС по экономике Валдис Домбровскис, нынешняя волна инфляции может больше напоминать стагфляцию — губительное сочетание стагнации и высоких цен, опустошившее экономику в 1970-х годах.
Еврокомиссия прогнозирует, что война сократит экономический рост ЕС до 1% в текущем году. Ожидается рост инфляции, что может подтолкнуть ЕЦБ к повышению ставок — а это дополнительно охладит экономику, разгонит ипотечные ставки и удорожит ведение бизнеса. Под ударом окажутся и государственные финансы: обслуживание долгов, накопленных в ходе предыдущих кризисов, станет дороже.
Даже если война закончится сегодня, на восстановление экономики уйдёт год, заявил глава МЭА Фатих Бироль министрам финансов еврозоны.
Счётчик запущен
"Никто не знает, как долго продлится кризис, но я думаю, очень важно подчеркнуть, что он не будет коротким", — заявил журналистам после экстренной министерской конференции во вторник комиссар ЕС по энергетике Дан Йоргенсен. "Потому что даже если завтра наступит мир, последствия всё равно останутся — ведь энергетическая инфраструктура в регионе была и продолжает разрушаться войной".
По мере того, как последние ближневосточные танкеры заканчивают разгрузку, у европейских политиков остаются недели, а не месяцы, чтобы подготовиться к удару, который способен изменить облик континентальной экономики на целое поколение.
Ранее мы писали, на сколько часов украинцам хватит сети следующей зимой.
