Экономический подъем Турции стал лишь фундаментом для реализации гораздо более амбициозной цели — достижения абсолютной политической и военной самостоятельности. Понимая турбулентность региона, Анкара направила колоссальные ресурсы в развитие собственного военно-промышленного комплекса, превратившись из импортера в одного из ключевых диктаторов трендов на рынке вооружений.
Об этом сообщил политолог Юрий Романенко в моноэфире.
По словам эксперта, наличие сильной, современной армии и собственных технологий кардинально меняет статус государства во время международных переговоров. Субъектность Турции гарантирует защиту не только национальных интересов, но и безопасность тех десятков миллиардов долларов иностранных инвестиций, которые продолжают заходить в экономику страны.
"У Турции есть огромный плюс, связанный с тем, что в отличие от Дубая, она субъектна в силовом плане. За последние двадцать с лишним лет, когда Эрдоган пришел к власти, страна совершила огромный рывок и стала намного более субъектной", — заметил Романенко.
Аналитик отметил, что стремительный экономический рост стал для Анкары не просто финансовым достижением, а прочным фундаментом для обретения настоящей геополитической самостоятельности. Системные инвестиции в научно-исследовательскую базу и создание инновационных хабов обеспечили стране колоссальный технологический прорыв. Отказ от критической зависимости от иностранных поставщиков развязал руки турецкому руководству на международной арене. Благодаря собственному мощному военно-промышленному комплексу государство получило уникальную возможность диктовать свои условия, полностью игнорируя давление глобальных сверхдержав.
"Развитая экономика, которая у нее сформировалась, дала возможности кардинально улучшить обеспечение исследований. Это также позволило развивать технологические кластеры, которые они успешно запустили еще несколько десятилетий назад. Как результат, Турция начала производить многие виды собственного вооружения и может проводить независимую политику. Она действует без оглядки на позицию США, Китая, России или Европы, исходя исключительно из своего интереса", — отметил эксперт.
Аналитик обратил внимание на конкретные цифры, демонстрирующие масштабы милитаризации турецкой промышленности. Стратегия властей заключалась в жестком импортозамещении: если в начале двухтысячных страна преимущественно закупала готовые иностранные решения, то сегодня акцент делается на разработке собственных узлов, электроники и компонентов.
"В 2002 году бюджет оборонных проектов составлял 5,5 миллиарда долларов, а к концу этого периода Эрдогана он уже составлял под 100 миллиардов. Турция создавала именно свой ВПК, в котором очень многие компоненты производятся внутри самой страны. Доля таких компонентов в оборонном секторе с 20% выросла до 70% за время правления Партии справедливости и развития. Турция увеличила долю на мировом рынке вооружения, показав прирост экспорта в 69% за последние пять лет. Это является одним из самых высоких темпов роста в этой специфической и сложной отрасли. В 2025 году оборонный бюджет у них вырос еще на 17,5% и достиг 46 миллиардов долларов", — сообщил политолог.
Юрий Романенко подчеркнул, что такой подход к развитию ВПК позволил Турции занять около 11% мирового рынка экспорта оружия. Это не только приносит миллиарды долларов чистой прибыли, но и делает другие страны зависимыми от турецких технологий, что является лучшим инструментом современной дипломатии.
